И снизу лёд, и сверху
И снизу лёд и сверху — маюсь между,—
Пробить ли верх иль пробуравить низ?
Конечно — всплыть и не терять надежду,
А там — за дело в ожиданье виз.

Лёд надо мною, надломись и тресни!
Я весь в поту, как пахарь от сохи.
Вернусь к тебе, как корабли из песни,
Всё помня, даже старые стихи.

Мне меньше полувека — сорок с лишним,—
Я жив, тобой и Господом храним.
Мне есть что спеть, представ перед Всевышним,
Мне есть чем оправдаться перед Ним.

Владимир Высоцкий. «И снизу лёд, и сверху...»

Художница решила рассмотреть заявленную тему выставки с точки зрения православной культуры, которая является для нее наиболее близкой и понятной.
В основе одной из работ лежит образ оклада иконы Иисуса Христа. Многократно повторенный, он отражает временные периоды жизни России, основными из которых являются - царский, СССР и наше время. Оклад играет роль наглядного выражения отношения людей к Богу. Царское время - почитание: люди жили и дышали религией, церковь была неотъемлемой частью существования. Однако с изменением государственного строя изменился и данный подход. На смену религиозности пришел атеизм, некоторые верующие были вынуждены скрывать свою веру, другие же предпочли от нее отречься. И, наконец, настало наше время, 21 век - эпоха переменчивости, клиповости, неустойчивости. По утверждению автора, входе работы над картиной слоев и следовательно времён добавилось относительно первоначального замысла. Появился оклад, отсылающий к революции 1917, оклад с азбукой, исполненной в стиле нового в то время типа шрифта гротеск, который также является показателем резкого повышения грамотности населения. Таким же образом возникли отсылки к компьютеризации и символический «уход» в виртуальный мир. При этом смысл работы остался прежним. Он состоит в Том, что оклады, как и внешние обстоятельства, меняются, а Бог остается неизменен.

Вторая работа художницы «Страшный суд» так же связана с православной иконой, однако она куда более метафорична, чем первая. Раньше, во времена расцвета иконописи люди могли понимать изображение и без пояснительных записок, легко читая символы и знаки, в нем зашифрованные. Со временем мы утратили эту способность, слишком уж старинными стали для нас данные образы. Вдохновившись этим, художница решила создать доступный современному человеку аналог. Верхнюю часть изображения в классических интерпретациях сюжета Страшного суда занимает град Иерусалим, Рай, однако в нашем случае перед зрителем предстает рассветный город, отраженный в оттаявшем снегу. В середине мы видим юного мальчика, символизирующего вечно молодую душу, прошедшую долгий жизненный путь, что выдает потрёпанный костюм героя. В низу перед нами разверзается вечно холодный Ад, утыканный голой арматурой. как штыками. Этот образ чрезвычайно близок каждому из нас, ведь сколько таких заброшенных построек можно увидеть в любом городе России. Несмотря на наполненность метафорическими смыслами, работа «Страшный суд» призвана направить зрителя не на поиск символов, а на погружение в атмосферу картины.